Калужская рыбалка

Незадолго до отпуска мне часто стал сниться один и тот же сон с небольшими вариациями: я стою на берегу Дона со спиннингом, вода настолько прозрачна, что на дне видна каждая травинка, каждая ракушка, темные спины рыб. Забрасываю, вижу, как твистер плавно опускается на дно, я делаю ступеньку, вторую, третью… вдруг из–за коряги выскакивает стремительная тень и в тот же миг звонко отдается поклевкой в рукоятку спиннинга. Пытаясь сделать подсечку, я просыпаюсь, гадая, кто ж это был, и удалось ли бы мне вытащить его на берег.  Был только один способ избавиться от навязчивого сновидения…

Конечно, можно было обратиться к психотерапевту и узнать о себе много нового. Не удивлюсь, если увиденный во сне спиннинг последователи дедушки Фрейда толкуют несколько превратно, не говоря уж о силиконовых приманках. Поэтому пошел я не к доктору, а в рыболовный магазин, дабы восполнить пробелы в снастях и приманках. Вместе с женой составили список необходимых вещей, шутка ли – с нами едет маленький ребенок! Затарились детскими консервами и соками, впрочем, про себя тоже не забыли. Казалось, что последняя неделя перед отпуском никогда не кончится, но двух часов как всегда не хватило, и последние вещи собирали впопыхах. Ехать решено в ночь, ибо дети ночью спят и легче переносят дорогу, да и движение куда меньше.

Туда.

Ура, мы в пути! Почему то сразу захотелось есть, но воскресенье, и встречных машин столько, что отвлекаться от дороги даже на долю секунды – преступно, а лишний раз останавливаться я не люблю. Вот, казалось бы, еще чуть-чуть, и нескончаемый поток огней иссякнет. Куда там! И в трехстах километрах от Москвы вереница встречных машин лишь изредка прерывается, любезно позволяя совершить обгон. Впрочем, к двум часам ночи все более-менее наладилось, а еще бог послал нам путеводную звезду в виде автобуса Москва-Волгоград, который до рассвета ехал впереди со скоростью 110 км/ч. Я по глупости сначала хотел его обогнать, а потом понял, что он тут все мели знает, и сел ему на хвост. Дядька снижал скорость перед гаишными засадами, да-да, они и ночью стоят, снижал скорость перед неровностями дороги и крутыми поворотами. Так незаметно подкрался рассвет. Мой путеводный автобус свернул на заправку, а я вспомнил, что хочу уже даже и не кушать, а скорее жрать. Включили солнце, и почти сразу стало жарко. На трассу выползли многочисленные фуры, коротавшие ночь у придорожных кафе, и я понял, насколько правильным было решение ехать в ночь –  на дороге началось настоящее столпотворение. Успокаивало то, что ехать оставалось всего пару сотен километров.

 

День первый.

Десять утра – и мы на месте. За спиной 990 километров  и почти четырнадцать часов пути, неплохо с учетом того, что час убили в сельпо, закупая все, что не взяли из дому.

Разгружаем вещи и сразу идем на берег – здравствуй, Дон! Вот он, величаво катит свои воды, к слову, совсем не прозрачные - цветет. Река тоже здоровается снами – прямо под ногами шумно ударил жерех. Накатившую усталость тут же как рукой сняло и  я пошел расчехлять снасти.

Пока я грузился в лодку, причалило несколько рыбаков, естественно спрашиваю, что да как – говорят, с белью порядок, подлещик берет исправно, а вот с хищником засада: слишком жарко, весь хищник в ямах стоит, не кормится совсем. Ай-яй-яй, а мне так хотелось щучки поесть…

 Немного озадаченный эдакой информацией, я приплываю на исправно работавшее по осени место, осматриваюсь. Много воды утекло за два года, протоку не узнать: там, где было два метра глубины – лежит песок, а там, где был песок – его смыло и течет вода. По щиколотку. Ух ты, какой перекат получился! Восторгаясь увиденным, не забываю полоскать силиконовый виброхвост, но пока впустую. За час – две пустые невнятные поклевки и все. Однако! Перепробовал почти все, что с собой было – ноль. Жара такая, что хочется занырнуть поглубже и там сидеть, что, собственно я и делаю. Искупавшись, смотрю вокруг посвежевшим взглядом – река ожила, то тут, то там бьет жерешок.  Блин, а у меня и нет-то ничего, что можно ему предложить, я ж на щуку шел, разве что вот эта кислотного цвета вертушка, аглия лонг номер два - великовата, но попытка не пытка… Делаю пяток забросов, еще пяток, пусто. Вспоминаю вслух всякие нехорошие слова, среди которых вдруг случайно затесалось слово «апстрим». Делаю заброс вверх, веду блесну, стараясь повторить изгиб переката, почти до лодки довел… Бабах, фррррикцион – вжжж! Несколько секунд безуспешной борьбы, адреналин аж из глаз! Пошел-пошел-пошел… теперь полегче… а теперь под лодку, сука… ан нет, вот он… хлебнул воздуха, обмяк, все, готов!  Жерешок, кило с небольшим. «С почином!» - открываю припасенную для особого случая бутылку пива…

Передышка закончилась, снова за дело. Через десять минут еще один, но не боец, граммов четыреста. Иди домой, мамку приведи! Еще поклевка, сход, тоже мелочь. Все, на сегодня хватит, пора домой.

Жерешка быстренько пожарили и съели за обедом. Конечно в балыке он куда вкуснее, но так хотелось свежей рыбки! 

После обеда пошли купаться, но безо всякого удовольствия, ибо очень жарко. Впоследствии мы заменили обеденное купание прохладным  душем,  посещая пляж лишь с утра и под вечер. И только наш старшенький почти не вылезал из реки, и если б не  бильярд и футбол, покрылся бы чешуей…

 

Ах, да, я и не сказал, естественно, что с годовалым ребенком мы не решились ехать дикарями а поселились на одной из многочисленных в тех краях турбаз. Удобства почти как в квартире, есть даже телевизор и два холодильника. Впрочем, телевизор мы так и не включили, зато уж холодильники поработали на износ. Тот, что стоял на лоджии, все время капризничал и не охлаждался ниже +10, но при +40 за бортом ему все прощалось, а для пива, арбузов и дынь температура как раз что надо.

 

День четвертый.

Ну невозможно после полудня находиться в лодке, да и ни к чему. На кукане ставшие привычными пять-шесть щучек, окуни. Мелочь я настойчиво выпускаю обратно, но мамок своих они приводить не спешат… Двушка – только раз, остальные до полутора, окуньки граммов до 400. Но как дерутся! Щуки упираются до последнего, и, даже сидя на кукане, пытаются ухватить за палец. Сынуля порадовал – размочил счет пойманным щукам: сначала развешивал блесны по прибрежным камышам, а потом взялся за ум и поймал сразу двух подряд. Вторая – зачетная, побольше килограмма!

Накрутили котлет, наварили ухи – пируем. Да с такой закуской можно и соточку пропустить, где там бутылочка казенной? Вот это да! Айсберг целый наморозило! Ну, за рыбалку!

 

День пятый.

Жена устала просто так загорать и купаться. «Вот, смотри, мужик прямо с пляжа рыбу ловит, я тоже хочу!» Снарядили донку, поставили рогульку, привязали колокольчик – классика. Только на что ловить будем? Мужик на червя таскает одну за одной небольших серебристых рыбок, которым уже никогда не стать лещами… Говорит, на перловку то же самое, но реже… Идея всплыла на поверхность прямо возле наших ног. «Ква» - сказала идея. «Будем, значит, сомов ловить!» - в ответ сказали мы.  По лягушачьей лапке на каждый из двух крючков и бултых! Спустя десять минут колокольчик тихонько звякнул… И замолк. Когда он зазвенел снова, мы, потеряв всю рыбацкую бдительность, мирно доедали ужин на лоджии. Поэтому, когда мы пришли на берег, звон прекратился, и лишь ушедшая под берег леска подтверждала, что звенело у нас. Подсекли – ура, есть контакт! После непродолжительной борьбы килограммовый соменок  явился нам во всей красе. Довольные, мы демонстративно поцеловали его и, под недоумевающие взгляды душителей фанеры, выпустили обратно в реку. Жаль, забыли сфотографировать на память.  Ловить сомов такого роста расхотелось. Жалко их стало.

 

День десятый.

Опять ходили ловить на отвесную блесну. Моя вера в джиг сильно подорвана, и, если бы не ежедневная дежурная щука в протоке, я решил бы, что не умею ловить на джиг совсем. Чего я только не привязывал к свинцовой чебурашке: твистеры, виброхвосты, поролонки, дождик – все напрасно, на большой воде за неделю – только ОДНА поклевка! Но стоит на том же месте постучать по дну отвеской – результат не заставляет себя ждать. Видимо, не так уж он и прост, донской самодур…

 

День …надцатый.

Последняя неделя отпуска в отличие от последней недели перед ним пронеслась незаметно,  день за днем, как под копирку. Памяти сейчас даже не за что зацепиться, все как всегда: солнце, река и рыбалка, ужин на свежем воздухе и прогулки под луной, только все четче становится мысль что скоро пора домой, как будто голос за кадром ведет обратный отсчет:  «четыре»…, «три»…, «два»…, «один»…

Впрочем был один случай, ставший и ярким воспоминанием и дополнительным поводом приехать в те края снова и снова. Итак:

 

День Щуки.

Рыбалка удалась с самого утра. Пришлось даже достать второй кукан, ибо на один вся рыба не вместилась, а «подселение» очередной пятнистой на одну и ту же петлю кукана чуть не стоило мне пальца. Щуки в тот день были явно в ударе.

Я методично «пробивал» рабочие точки, постепенно смещаясь к выходу из протяженной ямы. Выход этот завален на дне всякой дрянью, поэтому я приготовился смотать спиннинг и перейти в очередное заветное место. И тут,  как всегда неожиданно, я почувствовал жесткий, короткий удар. Сделал подсечку, но вместо живого сопротивления почувствовал каменную тяжесть. Это, видимо, пресловутый мусор на дне, уже успел подумать я, как «зацеп» ожил,  и стащил со шпули два десятка метров плетенки. Вот это да!!! У меня аж руки затряслись от  неожиданности. Впрочем, уняв внезапный тремор, я подтянул фрикцион и решил форсировать вываживание, дабы зверь на том конце не завел снасть за корягу. Да и чего церемониться, отвесная  снасть у меня та  еще: прошка ноль-девятнадцать, дубиноподобный цельностеклопластиковый дрын тестом – 100/250,  мясорубка шире маминой, в общем, лодку против течения пару раз таскал. Но, отвоевав свои законные двадцать метров плетенки, я снова их отдал при попытке оторвать рыбу ото дна, несмотря на подтянутый фрикцион. К такой наглости я оказался не готов, и, затянув посильнее, попер напролом. Рыба на том конце, поупиравшись, оторвалась ото дна, и нехотя пошла наверх. Я уже потянулся было за подсачеком, как вдруг сопротивление исчезло – рыба ломанулась мне навстречу. Я резко выбирал провисший шнур, успокоившись, лишь вновь  почувстовав  заветную тяжесть. И тут я наконец то увидел Ее. Метрах в пяти от лодки, повернувшись чуть боком к течению, растопырив плавники красавица-щука на несколько секунд замерла, позволяя подтягивать себя все ближе и ближе. Я успел даже рассмотреть пиявку, присосавшуюся к голове и жало тройника, прорезавшее в пасти рыбины сантиметровое отверстие. Оставалось совсем чуть-чуть, два-три оборота катушки, и уже можно заводить в подсак, но тут, выйдя из оцепенения, Щука резко ушла за  лодку, стянула с катушки еще пару метров шнура, и на миг замерев, дала потрясающую свечу. Такого масштаба свеч  я не видел никогда, в рыбине было побольше метра длины! Брызги окатили меня с головы до ног, и последнее, что я увидел перед тем, как зажмуриться – блесна, вылетевшая из пасти. Эх, напрасно я так  нафорсировал, и разбитая дырка в пасти сделала свое грязное дело –  жало тройника  выскочило. Конечно, в тот момент мои слова были куда менее взвешенными и возвышенными. По  самым скромным прикидкам в той  Щуке было никак не меньше десяти килограмм.

По сравнению с ней поблекли все мои трофеи, день казался не таким уж удачным. Потом я поймал еще одну дежурную щучку, но не нашел ничего лучше, как отпустить ее восвояси, несмотря на то, что в ней были дежурные полтора кило.

Много раз я  возвращался  потом  в  это место, но, похоже, в одну и ту же реку и впрямь дважды не войдешь… И все же мысль о том, что где-то там «моя» Щука нагуливает жир, готовясь к новой встрече,  будет греть меня долгими зимними вечерами.

 

Обратно.
В день отъезда посвежело, поэтому уезжать было не совсем  грустно. И холодильник на балконе вдруг взбодрился, в камень заморозив бутылку минералки, которую я положил туда в надежде чуть-чуть охладить. Проследив за тем, как я утрамбовал в машину последний тюк вещей, тихонько всплакнуло небо, намочило дорожки и прибило пыль в степи, по которой нам предстояло ехать. Фото на память, так непривычно видеть себя в спортивном костюме и кроссовках там, где три недели ходил в шортах и шлепанцах, презирая даже футболки. И, вот, по мокрой от дождя  дорожке мы по традиции идем кидать монетку в реку, на удачу, чтобы снова сюда вернуться, когда меня вновь замучают навязчивые сновидения.