Калужская рыбалка

В середине июля, когда даты наших с супругой отпусков были окончательно определены работодателями, на кухне между нами состоялся такой разговор:

- Дорогая, а на какое море ты бы хотела поехать в этом году? Черное, Красное, Средиземное..?

- Знаешь что, дорогой, море это конечно хорошо, но меня почему-то тянет на Волгу. На нашу. Нижнюю. Что скажешь?

Глаза мои округлились… Как вы думаете, сколько секунд прошло до того момента, как я бросился к стопке журналов за телефонами рыболовных баз!

 

Август 2009.

 

Объявления, советы, личный опыт и впечатления друзей отправили нас в поселение с знакомым по отчетам из сети и журналов названием «Шамбай-97», находящееся на правом берегу Волги, аккурат напротив одноименного острова.

Утром 2 августа команда в составе Tarantino, Uma Turman и Tarantino jr. стартовала из Калуги, чтобы, преодолев уже до боли в пятой точке знакомые 1400 км федеральных дорог, финишировать в душной тени гигантского баобабо-абрикоса, растущего по соседству с базовской столовой. Дорога, помимо стандартных для М6 визитных карточек, запомнилась ночным «снегом» из невероятно расплодившейся в этом году саранчи, который на скорости забивал все щели и полости автомобиля и тем, что я, проезжая его по-моему в 100-й раз, умудрился найти новую дорогу через Волгоград. Ну не могу я запомнить транзитный маршрут через этот город и все тут! Да и то обстоятельство, что Ваш покорный слуга отправился в столь дальнюю дорогу без водительского удостоверения, придавало путешествию некую остроту. Но, по правде сказать, ни один служитель свистка и жезла за все 3000 км не заинтересовался нашими персонами. И то хорошо!

            Калужские +16 на солнцепеке и местные +40 в тени отличались обильным пОтом, сухостью во рту и желанием забиться в уютную комнату с кондиционером и набитым пивом холодильником. Но, зря что ли я забронировал Катер с четырехтактной «тридцаткой» и дистанционным управлением!!?

Экскурсия по базе, проведенная ее управляющим, знакомство с персоналом, краткий инструктаж по моторам и судам помогли незаметно свыкнуться с мыслью, что в такую жару можно хоть и немного, но шевелиться, без ущерба для душевного и физического состояния. Младший даже уговорил меня пройтись за растущей поблизости шелковицей. Пообедав вкусной и нетривиальной для нашего калужского меню баранинкой, я предложил семье шикарный волжский пляж, а сам решил отправиться на разведку доставшейся мне на 8 дней акватории. При помощи эхолота и джига я изучал интересные заливчики, плесы, ямки и безопасные маршруты, а модный нынче GPS-навигатор (спасибо DAVу!) записывал все это безобразие «на потом».

Акватория в этот раз попалась на радость разнообразная. Прямо напротив базы к Шамбайскому острову примыкала протяженная песчаная коса, оканчивающаяся большим пляжем. Середина протоки с быстрым течением и глубинами до 12 метров просто кишела лещом! Это я понял когда, устав от беспрестанного пищания испуганного эхолота и мельтешения силуэтов рыб на его экране, решил пройтись троллингом – спиннинг лихорадило от ударов воблера о рыбьи тушки, а после его извлечения обратно, около 5 нижних метров шнура оказались в толстой сопливой «оплетке»! Есть лещ – значит есть и судак, решил я и не ошибся. Несколько пробных проходов туды-сюды (точнее, каждый из них) принесли мне несколько шершавых хвостов весом от 0,6 до 1,5 кг. Забрав пару на копчушку, я обогнул остров и вышел на основной фарватер. Слева виднелись «Красный» и «Белый» бакены. Пишу так, ибо эти названия уже давно стали именами нарицательными, войдя в сленг завсегдатаев базы, для обозначения клеевых мест в этом районе. Эхолот продолжил свое удивленное пищание, а я, встав на якорь, стал что есть мочи бомбить русловой свал своими джигами. Безрезультатно…

Вдоль самого острова тянулся протяженный плес с глубинами от 1,5 до 6 метров, обрывающийся ближе к левому берегу 15-метровым каналом. Вдоль всего обрывистого берега в воде лежало множество затопленных кустов и деревьев. Вот оно – Эльдорадо! Но это место, хоть я и возвращался к нему вновь и вновь день за днем, так и не порадовало ничем, кроме нескольких судачьих хвостиков. Да и браконьерские снасти, стоящие на всем протяжении этого рукава реки, не сулили ничего хорошего, кроме встречи с их хозяевами, уютно расположившимися стационарным лагерем прямо супротив, на берегу. Но я все равно приезжал сюда почти каждое утро и, как зачарованный, наблюдал за плавящимися в рассветных лучах тушами сомов и сазанов.

Ниже острова влево от основного русла отходила еще одна протока, которая, возвращаясь в Волгу, уже несла в себе воду Ахтубинского бассейна, принимая на обширном и довольно глубоком плесе реку Митинку. Эта точка у местных рыбаков считается классическим полигоном для охотников за судаком. Волнистый рельеф дна, течение и глубина создали идеальные условия для его обитания. Не было ни одного дня, чтобы на этом месте не стояло хотя бы несколько лодок!

Река Митинка заслуживала не меньшего внимания, чем сама Волга-матушка. Сразу на входе, слева, начинался мелководный, заросший травой затон. Отметив, что тут можно с совершенно обоснованными ожиданиями поохотиться за матушкой-щукой, я отправился вниз по Волге. Ниже второго острова река становилась заметно шире и беспокойнее. Слева виднелся буддистский храм, стоящий в прибрежной деревне Хошеутово. Правый берег пестрел разномастными палатками, коих, не смотря на одуряющую жару, были сотни!

Пройдя еще пару километров, я вошел в небольшой залив, образованный высоким глинистым берегом. Эхолот молчал, вспоминая, что нечто подобное его собрат показывал лишь на озере Бездон – внизу было 40 метров мокрой и мутной волжской водицы! Вокруг кружили и с криками обрушались в воду десятки чаек – кипел котел из тюльки! Надеясь на встречу с жерехом, я расчехлил второй спиннинг. Но каждый заброс приносил от одной до трех вездесущих селедок, садившихся на крючки снасточки, подсмотренной у егеря базы «Никольский яр». Отметив для себя, что здесь весьма недурственно можно обучать сына премудростям ловли рыбы, я отправился в обратный путь. Правая протока, так же как и ее предшественница, с одной стороны обрамлялась длинным пляжем, на котором отдыхал располагающийся неподалеку поселок Волжский, а с другой была испещерена глинистыми обрывами, уходящими вниз черными водоворотами. Эхолот не показывал ничего достойного внимания и я направился к дому. Мой линкор «Воронеж», гонимый 30-головым табуном, устойчиво выдавал более 40 км/ч, что радовало и придавало дополнительный комфорт начинающемуся волжскому приключению.

Вечером прокатил накупавшихся и назагоравшихся Своих до «Эльдорадо». Жена прилежно осваивала науку ловли джигом, хоть и груза в 30-40 гр требовали значительных усилий с ее стороны. Полукилограммовый окунь – первая самостоятельно пойманная рыба, с лихвой компенсировал все физические ее и все нервные (ухххх!!!) мои затраты! Джуни так же не отставал и вовсю стучал в отвес новеньким, купленным у SHUMа спиннингом-коротышкой – как раз то, что надо! Я же зацепил таки на поролонку пару судачков-недомерков, вытаскиванием и отпусканием которых занимался довольный до соплей Джуни!

Классический нижневолжский вечер включал в себя охлажденный арбуз, запотевший «Волжанин» и жар, излучаемый телами, впитавшими за день мегалюксы солнца. Ну а трели цикад… ммм. Кто слышал эти южные звуки – никогда их не забудет!

Несколько последующих дней не отличались друг от друга и, как братья-близнецы, были похожи на любые другие, проведенные в отпуске. Изо всех сил мы стремились… ничего не делать, а еще накупаться, назагораться, наесться недорогих и вкусных овощей-фруктов. Столовая радовала отменной кухней! Баранины во всех ее проявлениях и рыбных пирожков я, пожалуй, наелся на год вперед. Что касается арбузов и дынь, то в трех километрах от базы была самая настоящая бахча, где эти солнечные продукты мы самостоятельно выбирали и срывали, не забывая конечно, оплатить их стоимость на выезде.

Что касалось рыбалки, а точнее трофеев, то здесь дела обстояли не так радужно. Рыба ловилась (Волга все-таки!), но размер экземпляров оставлял желать лучшего. Причин придумывать не хотелось – отпускная лень, поэтому слушал, что говорили окружающие. Жара, подъем воды из-за того, что в Каспий сплавляли какую-то буровую вышку… возможно было что-то еще, но запоминать все желания не было, да и на руки поглядывал с недоверием. Ехали в первую очередь отдыхать – значит, будем отдыхать. Постепенно сам собой выработался сценарий среднестатистического дня на Волге версии 2009 года:

 

4.00 – Подъем Tarantino, завтрак, сборы

4.30 – Утренний выезд на воду

9.00-10.00 – Подъем Umы Turman и Джуни

11.00 – Возвращение Tarantino (жарень!), игра в волейбол, гуляния

13.00 – Обед

13.30-15.00 – Сиеста (жарень!), поездки в Волжский, на бахчу

15.30 – Семейный выезд на пляж

17.00 – Вечерний семейный выезд на рыбалку.

21.00 – Ужин, прогулки, бильярд, пиво и т.д… отбой

 

Конечно же это был не монотонный и однообразный отдых. Иногда по утрам я спал вместе со всеми. Да и несколько моментов четко остались в памяти. Первый из таких – это ловля рыбы на пляже. Соседями по дому у нас были две московские семьи. Четверо их детей составили замечательную компанию Джуни, а одну из девчонок, черноволосую Аню, Джуни даже записал себе в подружки, по-мужски распоряжаясь общим досугом и тщательно окружив девочку заботой. Разница почти в 10 лет его совершенно не смущала! Стрельнув телефончик, Джуни названивал ей и на обратной дороге, описывая каждый поворот. Ну да я отвлекся… Так вот, главы этих семей, пока их родные плескались в теплой волжской водице, не теряли времени даром. Наладив фидеры, они рыбачили, делая забросы прямо между купающихся тел. На червя охотно клевали лещ (то, что попадались экземпляры под двушку, меня совсем не удивляло – я все видел ранее на экране эхолота!) и тарашка, обхватить рукой которую не представлялось возможным! В один из дней здесь же на пляже клюнул красавец сазан, в вываживании которого пришлось принять участие и мне, бегая с подсачником по косе, я пытался успеть за прыткой рыбиной, таскающей держащего ее рыболова из стороны в сторону! Глядя на это безобразие, я не выдержал, перестроил спиннинг под донку (проблемой было отсутствие подходящих крючков, пришлось снять одинарный с форелевой блесны), связал горсть «чебурах» и забросил, насадив на крючок мясо перловицы (червей я тоже не привозил). Не прошло и минуты, как кончик моего тяжеловеса (тест 20-60) заходил ходуном и после подсечки я выволок воблешку, ширина спины которой была никак не меньше спичечного коробка. Второй заброс так же не дал времени повтыкать в ожидании поклевки – тарашка грамм на 500 справилась с увесистым куском мяса за минуту. Больше ракушек на пляже я не нашел – дефицит. Да и было уже пора отправляться на вечернюю зорьку.

            На «селедочной» яме семейная рыбалка проходила так же по четкому сценарию. Мне ловить практически не удавалось. Между забросами спиннинга сына, снятии рыбы с крючков обоих домочадцев, распутывании «бород» и вязания узлов я еле успевал переставлять лодку вслед перемещающемуся котлу. По уши в селедочной чешуе, Джуни тщательно реанимировал и опускал за борт каждую рыбину. Жена так же не отставала, умудряясь таскать забросами по краям котла жирующего, с торчащей из всех щелей тюлькой, окуня.

            Хороший вечер мы провели и на примеченном в первый день митинском затоне. Погода выдалась пасмурной и хищник на пару часов вышел из оцепенения. Ну а что такое охота с поппером на 2-3 килограммовых хотящих кушать крокодильчиков я думаю вам рассказывать не надо! Эти кильватерные волны, броски, промахи повторные заходы! Атака одной хищницы сопровождалась бегством пяти таких же! Вода бурлила, руки ныли, но оставшиеся впечатления многократно перекрыли все тяготы! Жена, быстро освоив попперную проводку, лихо чмокала, держала паузы и подсекала. Сказать к слову, почти всю рыбу в этой поездке мы отпускали, брали немного на копчение и съедание на базе, несколько хвостов заморозили на гостинцы домой, ну и особо жадных, заглатывающих приманки до ж…жабр. Без этого уж никуда.

            Ну а я продолжал искать судака. А точнее, судака, клюющего на джиг. На яме при выходе Митинки судак клевал. Клевал на резку. В отвес. Постучав один вечерок, а точнее хватило часа, я убедился, что это «не наш метод», тем более что размеры трофеев не внушали… Решил разведать Митинку.

            Вечером получил вводную от DAVа, который шурша макулатурой старых журналов, выискивал заметки про места и названивал, давая советы. Митинка оказалась куда более полноводной и глубокой чем я ожидал. Глубины в 7-8 метров были не редкостью. Но все равно, двигаясь на малом ходу, я изучал рельеф и приглядывал место для остановки. Первое, что меня привлекло – чаевник. Осторожно обойдя его с «наветренной стороны», попробовал забросить. Опять селедка. Решил опустить снасть ниже, вдруг повезет, и я наткнусь на чехонь. Заброс, ожидание, пока вся конструкция опустится на дно, бамс – спиннинг в дугу! Мотаю… на всех трех крючках по окуню! Да по какому – 500-800 гр! Окунь весь в точку… болявый. Быстренько снимаю, выбрасываю и опять заброс. Все повторяется. Решаю, что называется оттянуться… минут десять извращаюсь с проводками, больше пытаясь сделать так, чтобы рыба села не сразу. Получается с трудом. Рядом с лодкой в воду плюхается баклан. Наглыми глазами смотрит, как я выматываю очередную снизку окунищ. Как только рыба оказывается на поверхности, черный разбойник бросается наперерез и я чудом успеваю втянуть свой улов в лодку, спасая идиота от поедания крючков! Сняв окуня, я прицельно кидаю его в наглую птицу. Ловко орудуя клювом, баклан хватает колючее лакомство и быстро его заглатывает. Ого… снимаю окуня покрупнее… упс… и этот, хоть не без труда исчезает в глотке ненасытной птицы. Появилась задача – поймать такого, который застрянет (да простят меня гринписовцы и баклановоды…). Как назло, котел смещается. Вслед за ушедшей тюлькой уходит и окунь. Края стаи ни чем примечательным не радуют. Заглотив около десятка окуней, баклан искупался и встал на крыло. Летел, как мне показалось, раскачиваясь из стороны в сторону. Так сытно он наверно не ел ни разу в жизни!

            Проплывая дальше, вижу бригады, терпеливо дожидающиеся сазаньей поклевки. На стрелке впадения еще одной речушки местные в отвес ловят судачка. Встаю рядом и около часа поласкаю джиги… ноль. Дальше двигаться не хочу. Возвращаюсь. Экран эхолота выписывает различные бровки и свалы. Останавливаюсь, облавливаю… дальше. Цепляю «трубку» для отвеса. Поехали. В дрейфе обстукиваю доступное дно. В суводи получаю ударчик. Так, разворот! Пытаюсь заякорить лодку. Глубина прямо от берега под 6 метров, течение, обрывистая глина… задачка еще та! Но, вытянув почти всю якорную веревку и закрепив якорь за береговой уступ, я все же ставлю лодку на самый край выступа. 45 грамм, заброс. Течение прибивает джигу к отвесному берегу. Груз некоторое время скользит по этой стене вниз и останавливается на небольшой площадке. Подмотка и стадия свободного падения продолжается. Примерно на четвертой происходит уверенная поклевка. Ура. Нашел. Судачки весом чуть более – чуть менее килограмма уверенно долбили поролонки, проскакивали и бершики. Ну а на одном из выездов на точку, когда были уже всей семьей, посчастливилось прочувствовать поклевку и побороться с сомиком. Хоть и не гигант, но адреналинчика добавил. Тем более, на джиг эту рыбу я поймал впервые. Малыш, конечно же, уплыл подрастать.

            Особо не упираясь в добывание рыбы, мы наслаждались отдыхом, катаясь на нашей лодке по окрестностям. Несколько раз нас останавливал местный ГИМС. Но, услышав или прочитав на спасжилетах название базы, желали счастливого пути. Это обстоятельство так же добавляло настроения. Лишь однажды к нам подъехала какая-то блеклая «Казанка» внутри которой сидели трое: человек в милицейской форме, человек с удостоверением инспектора ГИМС и…  просто человек. Нам задали несколько странных вопросов и попросили предъявить документы. Я отказался. Нам пригрозили, что лодку отбуксируют к берегу и поставят на штрафстоянку, а нас сдадут в отделение милиции для выяснения обстоятельств. Услышав это, я понял, что это банальный развод. Изъятие лодки предусматривает лишь несколько нарушений, к которым не относится отсутствие документов. Минут десять нам поласкали мозги по безопасность бороздения Северного Ледовитого, ну а мы сидели, улыбались и ждали когда же все это кончится. Когда нам окончательно это надоело, а Джуни в открытую спросил чего от нас хочет дядя, я позвонил на базу управляющему, вспомнив, что первое правило поведения на местное воде из его уст звучало так: „по любым проблемам звони мне!“ Несколько фраз по телефону охладили пыл «захватчиков». Ну а появившаяся из-за поворота гламурная, набитая пассажирами лодочка одной из соседних баз и вовсе заставила их потерять к нам интерес. Вернувшись на базу, мы узнали, что это был инспектор другого района области, находящийся в отпуске и таким немудреным способом стригущий денежки с отдыхающих.

Отдых наш постепенно подходил к концу. Небольшая морозильная камера стоящего в нашем домике холодильника была заполнена рыбным филе, не смотря на зачем-то соблюдаемый нами принцип «поймал-отпусти». В пакетах верхнего отделения лежала соблазнительно пахнущая копчушка. Запасы пива иссякали… Правильно истолковав приметы, стали собираться домой.

Джуни договаривался писать-звонить, а так же искал новую квартиру для пятый день живущего в нашем номере ушастого степного ежика. Ежик и не собирался покидать уютное пластиковое ведро. Привыкнув к ежедневным горстям кузнечиков и миске молока, он сидел возле нашего домика и на следующее утро, когда мы отправились в обратную дорогу.

По пути мы заскочили поностальгировать в Никольское. Шикарный рыбный рынок с не менее шикарными ценами. Накупив гостинцев, двинулись дальше, проехали Волгоград по новому для нас маршруту (через Аэропорт), заскочили на рынок с донской рыбкой (лещики ихние вкусны неподдельно!), традиционно пообедали в Иловле, к радости Джуни нарвали незрелых подсолнухов под Тамбовом и, поспав пару часов в тихой деревеньке Тульской области, вернулись домой.

Первое, что мне сказала жена: “в следующем году не плохо было бы отправиться туда на машине с кондиционером“. Похоже, что у нас появилась Традиция. Семейная. По крайней мере, мне очень хочется на это надеяться.

 

Всех благ!

 

Tarantino, 2009.